Жан де Лафонтен (1621—1695) был одним из самых значительных поэтов своего времени. Его перу принадлежат сочинения разнообразных поэтических жанров: оды, поэмы, элегии, стихотворные сказки («Сказки и рассказы в стихах», 1665—1685, сюжеты которых заимствованы из источников античности и Возрождения. Они обличают религиозное и политическое лицемерие, отжившие домостроевские семейные отношения).
Мировую известность Лафонтену принесли его знаменитые басни. В 1668 г. вышли первые шесть книг, в 1678— следующие пять, в 1694 г.— последняя, двенадцатая книга «Басен». Лафонтен заимствовал фабульный материал у древних баснописцев — Эзопа и Федра, обращался к басням, написанным его французскими предшественниками — Марией Французской, поэтессой XII в., авторами «Романа о лисе», Маро, Ренье. До него основной целью басни признавались дидактика и поучения, сюжет же служил лишь иллюстрацией к морализированию. Лафонтен же главным делает рассказ, живо и оригинально излагая известные басенные сюжеты и вводя в традиционные рамки новый реально-бытовой материал. Подлинный художник, глубокий наблюдатель жизни, Лафонтен отразил в баснях свои социально-политические и философские воззрения.
Лафонтен — последователь Гассенди. Он выступает против религиозно-схоластической философии и этики, являясь сторонником передовой материалистической мысли. Это проявилось в его воззрениях на природу человека. Считая, что целью жизни человека является стремление к наслаждению, Лафонтен, как и Гассенди, видел наслаждение в безотказном удовлетворении не желаний плоти, а духовных запросов, в душевном равновесии и покое, в умении наслаждаться радостями жизни. Он отрицал религиозную этику, по которой высшей добродетелью признавалось служение богу и усмирение плоти во имя райского блаженства. Но человеческая природа, если страсти необузданны, напоминает буйно растущий сад; главное — это умеренность, умение контролировать свои желания и потребности, это и разумно, и полезно человеку («Скифский философ», XII, 20).
Счастье заключается в умении наслаждаться жизнью, вкусным обедом, красивым платьем, солнечным лучом («Шарлатан», VI, 19); счастье — в спокойствии, в умиротворении, оно рядом, надо только уметь его увидеть («Искатели фортуны», VII, 12). Необходимо избегать стремлений к счастью призрачному, особенно мешают быть счастливым мечты о богатстве, накопительство («Молочница и горшок с молоком», VII, 10; «Священник и покойный», VII, 11; «Пастух и море», IV, 2; «Скупой, потерявший свое богатство», IV, 20). Счастлив и тот, кто умеет встретить смерть спокойно, как нечто неизбежное, не причинять себе излишних страданий, стремясь к невозможному («Смерть и умирающий», VIII, 1).
Лафонтен не только определил, в чем заключается наслаждение и счастье человека, но и указал пути к их достижению. При этом он исходил из изучения человеческой природы, ее инстинктов. Он, как и Гассенди, был уверен, что в основе натуры человека лежат природные влечения, страсти («Обезьяна и дофин», IV, 7; «Волк и лиса», XII, 9; «Кошка, превращенная в женщину», II, 18), инстинкт самосохранения, который вынуждает человека вступать в борьбу с другими людьми («Ссора собак и кошек, ссора кошек и мышей», XII, 8). В полном беспорядка мире, где царят разнузданные страсти, побеждает сильный и ловкий, остальные лишь подбирают крохи с его стола («Перепелка и петухи», X, 7). По праву сильного животные пожирают друг друга («Паук и ласточка», X, 6), но разум должен руководить природными движениями и определять нормы поведения человека («Человек и уж», X, 1). Добродетельное поведение, т. е. поведение во благо другому, имеет своим источником разумное начало. Надо уметь довольствоваться своей судьбой, сохранять золотую середину в желаниях.
Бесправные должны научиться жить в окружении врагов, примириться со злом, уметь приспособиться к жизни. Лафонтен осуждает тех, кто склонен к неумеренности («Ничего лишнего», IX, 11; «Ворона, подражающая орлу», II, 16). Верным помощником человеку на пути к счастью является труд, умение работать, сноровка; умелые руки человека — самый верный, добрый и надежный ему помощник («Дворянин, пастух и королевский сын», X, 16; «Стрекоза и муравей», I, 1; «Земледелец и его сыновья», V, 9; «Завязший воз», VI, 16).